Любовь долготерпит

24 апреля 2026 г.

Во вторую неделю после Воскресения Христова (в этом году 26 апреля) Церковь празднует память святых жен-мироносиц — женщин, которых Господь не призывал и не посылал на служение, в отличие от апостолов, но они сами из любви к Божественному Учителю пошли за Ним и служили Ему во время Его проповеди своим имением, своими руками, они же стали свидетелями Его страданий, Крестной смерти и погребения. Их преданность превзошла преданность самых близких учеников Спасителя — апостолов, и именно они стали первыми свидетелями Его Воскресения и первыми произнесли: «Христос воскрес!».

«Кем они были в этом мире? Да, собственно говоря, никем. Одна — больная, бесноватая, другие просто никому не известные женщины, они не жили в богато убранных дворцах, не владели несметными богатствами. Однако какой замечательный плод имела их ревность: христиане всех концов вселенной в пасхальных песнопениях об этих женщинах всё время вспоминают. Вот какая сила, какая безграничная могущественная любовь была в этих никому не известных женщинах, вот истинное предназначение женщины-христианки: в первую очередь, верность Христу и уже через это — любовь к ближнему», — пишет о женах-мироносицах преподаватель Сретенской духовной семинарии иеромонах Игнатий (Шестаков).

В Евангелии о них сказано совсем немного и неизвестно их точное число, имена многих из них преданы забвению. Мы точно знаем о семи женах-мироносицах: пять из них были из Галилеи — Мария Магдалина, Мария Клеопова, Саломия, Иоанна, Сусанна, и две — Марфа и Мария — из Иудеи из селения Вифания — пригорода Иерусалима. Их служение и верность Христу стали примером для всех последующих поколений христианок. И сегодня, разделяя всеобщую пасхальную радость, вспомним о подвиге женщин, прошедших за Христом до конца, сохранивших веру, любовь и преданность своим мужьям — о женах исповедников и новомучеников, пронесших свой крест в годину лихолетья в ХХ веке. Приведем лишь только несколько примеров любви и верности из множест­ва тысяч…

Доминика (Доминикия) Игнатьевна Новицкая (†1976) — супруга священномученика Валериана Новицкого (1897–1930).

Не удалось разыскать сведения о годе рождения матушки, как и дату их венчания, но очевидно, что состоялось оно до 1923 года, когда отец Валериан уже был поставлен настоятелем Свято-Троицкой церкви села Телядовичи Копыльского района, сменив здесь своего скончавшегося отца. Отец Валериан принял священнический сан, когда уже бушевали гонения на Церковь и, по словам матушки Доминики, он объяснил свое решение рукополагаться простыми словами: «Надо спасать веру». Из его жития мы знаем, что он «был прекрасным проповедником, очень добрым к людям. Вернул к вере в Бога многих людей. Незадолго до начала коллективизации выступил против создания в соседней деревне Лотвин антирелигиозных кружков, заявив, что не будет отпевать ходящих туда крестьян».

Знавшие семью Новицких говорили, что отец Валериан и Доминика сильно любили друг друга, и, если было свободное время, они всегда проводили его вместе.

Отец Валериан был арестован 14 января 1930 года, в праздник Обрезания Господня, по доносу местной учительницы — якобы он выступал против колхозов.

Матушка Доминика осталась одна с тремя детьми (пяти, трех лет и одного года). Со дня ареста мужа она не имела о нем никаких сведений. Только одна коротенькая весточка была от него: «Диночка, — писал ей батюшка, — мне предложили отречься от Бога и священнического сана. Я отказался. Как ты справишься одна с детками?». В ответ она написала: «Валечка, не отказывайся ни от Бога, ни от сана, меня с детками Господь управит». Вскоре она с детьми была в 24 часа выселена из деревни за 200 км.

Пятьдесят три года, всю свою жизнь до самой кончины, матушка Доминика ждала своего горячо любимого мужа и пыталась узнать о его судьбе, но так и не узнала. Правду узнали только их дети уже после кончины матери. Это был покаянный рассказ крестьянина — участника событий 23 февраля 1930 года: «…в Тимковичский лес под конвоем привели троих людей, из них двое были в подрясниках и с иерейскими крестами на груди. Одним из них был отец Валериан Новицкий. Там им еще раз предложили отречься от Бога и написать об этом в газете. Все трое отказались. Тогда их заставили самим вырыть могилу, поставили на ее краю и расстреляли». Священник Валериан Новицкий был прославлен в лике святых юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в 2000 году.

Клавдия Петровна Пискановская (1888–1944) — супруга священномученика Николая Пискановского (1887–1935). В 1913 году Клавдия вышла замуж за Николая Акимовича Пискановского, окончившего семинарию и служившего псаломщиком в Стриговской церкви, неподалеку от города Кобрина. Вскоре он был рукоположен в сан диакона, а в 1915 году — в сан иерея.

После революции 1917 года отец Николай продолжал нести священническое служение и твердо выступал против обновленцев и изъятия церковных ценностей, за что его преследовали. В 1923 году священник был выслан в Полтаву, где открыто служил в Троицком храме. Семья последовала за ним, а затем и в Воронеж, куда выслали батюшку.

В начале мая 1928 года отец Николай был арестован, а 31 августа приговорен к трем годам ИТЛ и 14 сентября был отправлен в Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН). Любовь матушки Клавдии к мужу оказалась сильнее ненастья и дала ей силы принять мысль о его страдании за веру и Церковь и поддержать его верность Хрис­ту. Известно, что примерно в том же 1928 году отец Николай получил письмо от жены Клавдии, которое очень утешило и укрепило его: «Мы всегда радуемся, думая о твоих страданиях за Христа и Его Церковь. Радуйся и ты о том, чтобы и мы сподобились быть снова и снова гонимы за Господа», — написала ему матушка Клавдия.

12 февраля 1930 года была арестована и сама Клавдия Петровна по обвинению в «антисоветской агитации, как участница контрреволюционной церковно-монархической организации», а 27 июля того же года Особым совещанием при Коллегии ОГПУ СССР приговорена к пяти годам лагерей. Наказание она отбывала в том же Соловецком лагере особого назначения, что и отец Николай. И здесь на Соловках состоялась их долгожданная встреча. Об отце Николае с большим почитанием пишет в своих «Воспоминаниях» академик Дмитрий Сергеевич Лихачёв, также отбывавший срок в это время на Соловках, и рассказывает об их удивительной встрече: «Его нельзя было назвать веселым, но всегда в самых тяжелых обстоятельствах он излучал внутреннее спокойствие. Я не помню его смеющимся или улыбающимся, но всегда встреча с ним была какой-то утешительной. И не только для меня. <…> Отец Николай знал, что его жену также арестовали, и очень беспокоился о детях: что, если возьмут в детдом и воспитают атеистами! И вот однажды, когда его вывозили из лагеря, в Кемперпункте (Кемский пересыльный пункт) он стоял в мужской очереди за кипятком. С другого конца к тому же крану подходила женская очередь. Когда отец Николай подходил к крану, он увидел у крана свою жену. Их заслонили заключенные (разговаривать мужчинам с женщинами было строго запрещено), и отец Николай узнал радостную для него весть — детей взяли верующие знакомые».

12 октября 1931 года священник был отправлен этапом на лесоповал недалеко от Архангельска. Матушка Клавдия Петровна освободилась из лагеря только весной 1934 года и была также направлена в ссылку в Архангельск, здесь семья Пискановских на короткое время воссоединилась. Через год, 10 апреля 1935 года от воспаления легких скончался отец Николай, а 24 сентября 1937 года была снова арестована по обвинению в «контрреволюционной агитации, активная участница контрреволюционной группировки духовенства и церковников» матушка Клавдия. На этот раз ее приговорили к 10 годам лагерей, но в 1943 году она была освобождена по состоянию здоровья. Скончалась она в 1944 году, 9 января 1958 года была реабилитирована.

Русской Зарубежной Православной Церковью на Соборе 14 ноября 1981 года отец Николай Пискановский был прославлен в лике священномучеников.

Мученица Варвара Лосева (1894–1938) — супруга священномученика Сергия Лосева (1893–1942). В православных святцах не так много супружеских пар святых. Среди них — священник Сергий и матушка Варвара Лосевы, которые во время советских гонений на христиан сохранили верность друг другу и Христу.

В 1915 году только что окончивший Московскую духовную семинарию Сергий Лосев женился на девице Варваре, дочери сапожника, которая работала учительницей, и в том же году он был рукоположен в сан диакона, а через полтора года — в сан священника. С 1926 года и до своего ареста 27 ноября 1937 года он служил в храме Рождест­ва Пресвятой Богородицы в селе Капотня (ныне район Москвы). Во время гонений от безбожных властей батюшка никакой политической агитации не вел, а лишь делал все от него зависящее, чтобы храм не был закрыт. Помощницей ему во всем была матушка Варвара. За эту деятельность председатель местного сельсовета заключил, что «капотневский поп опасный элемент для советской власти», и 27 ноября 1937 года отец Сергий был арестован и приговорен «тройкой» НКВД к 10 годам лагерей, но скончался в 1942 году, отсидев лишь половину срока.

Через три месяца, 16 февраля 1938 года, матушка Варвара — жена «врага народа» — по доносу была арестована: будто бы она продолжала агитацию, а также угрожала коммунистам страшными карами свыше. Сама матушка отрицала обвинение, поскольку свято следовала словам Господа нашего Иисуса Христа: молитесь за обижающих вас и гонящих вас (Мф. 5, 44).

7 марта 1938 года по приговору «тройки» НКВД матушка была расстреляна и погребена в безвестной общей могиле на полигоне Бутово.

Анна Поспелова (1878–?) — жена священномученика Николая Поспелова (1885–1938). Супруги с первой встречи горячо полюбили друг друга и не представляли себе жизни один без другого. Хотя поначалу родные были против их брака, ведь Анна была на 7 лет старше Николая. Но, глядя на их твердость и верность, на их счастливые лица, через некоторое время все смирились и благословили молодых.

Когда Анна едва не умерла при родах, Николай, стоя на коленях перед иконой, дал обет: «Господи, обещаю, если Аннушка выживет, посвящу свою жизнь служению Тебе!». Она выжила, и в 1914 году Николай, приняв священный сан, стал священником храма Рождества Христова села Заколпье под г. Владимиром. Он был требовательным священником, любившим богослужение. День рождения отца Николая приходился на 22 марта — день памяти сорока Севастийских мучеников, и родные часто слышали, как он приговаривал: «Сорок мучеников, сорок мучеников, сорок первый — я».

Когда начались гонения, то отцу Николаю в НКВД предложили снять сан — иначе не оставят в покое близких. Он отказался, и матушка Анна его в этом поддержала. Его арестовали 27 января 1938 года после Божественной литургии. Батюшке и матушке, не мыслившим жизни друг без друга, разрешили последний раз кратко помолиться вместе. Отец Николай, благословив матушку Анну, сказал: «Поручаю тебя святому Архистратигу Михаилу!». Она расплакалась, но нашла в себе мужество сказать главные слова: «Иди страдать за Христа!». 17 февраля 1938 года отец Николай за «контрреволюционную агитацию против советской власти и контрреволюционную клевету» был расстрелян и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово. Известно, что их сын Кронид принял монашество с именем Нафанаил и впоследствии стал архимандритом Псково?Печерского монастыря — именно о нем рассказывает в своей книге «Несвятые святые» митрополит Тихон (Шевкунов).

В октябре 1917 года поэт Сергей Бехтеев (1879–1954) написал стихотворение «Молитва», посвященное их императорским величествам великим княжнам Ольге Николаевне и Татьяне Николаевне, в котором слышится молитвенный крик всех гонимых за веру:

Пошли нам, Господи, терпенье

В годину буйных, мрачных дней

Сносить народное гоненье

И пытки наших палачей.

 

Дай крепость нам, о Боже правый,

Злодейства ближнего прощать

И крест тяжелый и кровавый

С Твоею кротостью встречать.

 

И в дни мятежного волненья,

Когда ограбят нас враги,

Терпеть позор и униженья,

Христос, Спаситель, помоги!

 

Владыка мира, Бог вселенной!

Благослови молитвой нас

И дай покой душе смиренной

В невыносимый, смертный час.

 

И у преддверия могилы

Вдохни в уста Твоих рабов

Нечеловеческие силы

Молиться кротко за врагов!

Помню, как, рассматривая большую икону «Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской», я обратила внимание на клеймо в нижнем ряду, которое меня пора­зило: «Арест священника в храме во время богослужения». Мы видим здесь, как гонители ворвались в алтарь во время совершения Божественной литургии, осквернили святыни, арестовали и уводят неизвестно куда священника, а у храма стоит испуганная матушка с тремя малыми детками, которой и проститься не дают с батюшкой…

На этой большой иконе изображены многие исповедники и новомученики: семья царственных страстотерпцев, преподобномученицы Елизавета Фёдоровна и инокиня Варвара, Патриарх Московский и всея Руси Тихон, митрополит Крутицкий Пётр, Местоблюститель Патриаршего престола, и многие другие. В образе той матушки Церковь воспевает подвиг всех жен исповедников и новомучеников, прославленных и еще не прославленных в лике святых, часто безызвестных, но претерпевших до конца и сохранивших верность Христу, Церкви и супругу даже до смерти, и смерти крестной (Фил. 2, 8). Они — жены-мироносицы ХХ века.

Людмила ДОРОНИНА

Газета «Балаковские епархиальные ведомости», № 4 (39), апрель 2026 г.