Пост — дар древний, нестареющий, обновляемый и цветущий

Вот и наступил тот день, когда всё в наших храмах изменилось — и зримо (черные облачения, совсем другие службы), и незримо, но уловимо — будто воздух стал другим, разреженным, трудным для дыхания, но, вдыхая его, мы чувствуем небесную сладость. Наступил Великий пост, и мы встречаемся с ним не только в храме — он охватывает всю нашу жизнь. И у нас всегда возникают о нем вопросы, и вопросов этих не становится меньше — потому, наверное, что жизнь не становится проще. Ответить на вопросы о великопостном делании мы попросили протоиерея Сергия Ксенофонтова, клирика храма в честь иконы Божией Матери «Утоли моя печали».

— Отец Сергий, что бы вы сказали людям, которые поначалу усердно соблюдали все православные посты, а потом пришли к выводу, что это необязательно, и забросили?

— Мнение о необязательности постов встречается сейчас, к сожалению, часто. Это следствие духовного охлаждения и привычки: привыкнув, человек перестает беречь то, что имеет. Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше,— говорит Господь (Мф. 6, 21). Насколько человек ценит Церковь и всё то, что она ему дает, настолько он будет послушен ее установлениям. Мы призваны воспринимать учение Церкви в целости. Лишь по своей страстности и самости человек начинает делить церковную жизнь на части: вот это мне нужно, а это — нет. Послушание Церкви есть желание жить в Церкви, жить в ней целиком. А здесь мы видим, что человек не весь участвует в церковной жизни, но лишь какой-то своей частью. И этой своей самостью он перекрывает действие благодати Божией. А потом жалуется, что церковная жизнь ему «ничего не дает».

На самом деле всё, что дает Церковь человеку для его духовного труда над собой,— это веками отлаженный, выверенный  механизм, который приводит человека к результату. А именно — к воспитанию христианских добродетелей. Плод же духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал. 5, 22–23). Обретение таких плодов есть знак: человек идет верной дорогой. Но вряд ли возможно стяжать добродетели, выбирая из предлагаемых Церковью средств те, что полегче. Впрочем, в той или иной мере это свойственно нам всем. Мы порой бываем похожи на первоклассников, которые хотели бы десять лет сидеть в первом классе и учить таблицу умножения, не переходя к более сложным вещам, потому что более сложные вещи требуют и более серьезного усилия. Ведь человек, для которого посты вдруг стали не нужны, отказывается именно от духовного роста, от постоянной работы над собой. Он ставит духовную жизнь, то есть жизнь в Церкви, на второе место после каких-то других своих интересов, забывая простую истину: если Бог не на первом месте, если духовная жизнь со всеми ее средствами достижения добродетелей у тебя не на первом месте, то на этом первом месте неизбежно окажется что-то другое.  А  именно — греховные наши страсти.  А что может победить их? Только воздержание. Но узда воздержания должна накладываться и на душу, и на тело. Поэтому если человек не хочет поститься, он не сможет собрать себя воедино, чтобы работать над своей духовной жизнью во всей ее полноте, для чего, собственно, и предназначен пост. Соблюдение поста не предполагает немедленного получения каких-то духовных плодов: результат своих усилий мы, может быть, увидим только в Царстве Небесном. Но он — необходимая ступень на пути к Царству.

— Я соблюдаю все посты, и однодневные, и многодневные. И у меня нет желания от них отказываться — наверное, я чувствую и опытно знаю, что они  необходимы. Но всё же в дни поста у меня возникает чувство неудовлетворения, чувство, что мне чего-то не хватает, и одного только воздержания в пище мне недостаточно. Более того: воздержание в пище становится тягостным, если ничем не подкрепляется. Как быть?

— Неудовлетворенность постом действительно говорит о зацикленности на телесном  посте как на действии ради действия. То есть о том, что мы теряем из виду цель нашего постного подвига и отдаем все свои душевные силы лишь на часть поста — часть, может быть, самую простую, менее всего требующую духовного труда. Ведь приучить тело к постной пище гораздо легче, чем ум — к смирению. Пост — дело целостное, и воздержание от непостных продуктов — лишь одна из его составляющих. Не менее важно, и,  как я уже сказал, более трудно для нас воздержание ума. От чего? От размышлений вне Евангелия. Как говорили святые отцы, ум — это седалище гордыни. Чем подавляется гордыня? Размышлением о Христе, о Его смирении, Его Жертве, о Царстве Божием, которое Он приуготовил для нас. Что нужно, чтобы питать в себе это размышление? Чтение Священного Писания и — обязательно — святоотеческих толкований к нему. И, конечно, молитва — в дни поста что-то нужно добавить к утреннему и вечернему правилу. Но чтобы получить ответ на личный вопрос — чего не хватает именно мне, что мне необходимо изменить, внести в свою великопостную жизнь? — необходимы две вещи: принадлежность к определенной приходской общине и постоянный контакт с духовником, то есть с определенным батюшкой, который вас знает и имеет возможность постоянно за вами наблюдать. Именно он может определить для вас меру информационного и эмоционального воздержания, подсказать необходимую духовную литературу и посильную добавку к ежедневному правилу. Мы ведь очень разные, каждый человек требует индивидуального подхода.

К сожалению, есть очень много людей, которые ходят в храм, но притом не являются прихожанами. Священники их не знают: человек подошел, исповедался, вместе со всеми причастился Святых Таин, но со священником и прихожанами его ничто не связывает, они остаются незнакомыми, чужими друг другу людьми. А если священник пытается-таки войти в закрытый мир этого человека, хотя бы дать ему какой-то совет — человек не хочет его слушать, даже резко обрывает подчас: мол, не лезьте в мою жизнь, я сам разберусь. У меня были подобные случаи. Это однобокое воцерковление, ведущее к страшной духовной болезни — фарисейству.

—  Вопрос о мере поста остается все же болезненным. Вот я читаю в новеньком, только что изданном церковном календаре: «полный отказ от пищи» (в понедельник первой седмицы) и понимаю, что — нет, это мне не под силу, целый день я не выдержу. А сколько людей, которым здоровье не позволяет обходиться без молочных продуктов, например… Как установить для себя реальные границы, не испытывая притом чувства вины?

— Непродуктивное чувство вины лучше заменить смиренным сознанием своей немощи. Действительно, никто из нас не постится так, как аскеты христианского Средневековья или монахи в сегодняшних афонских скитах. Однако нормальная духовная жизнь человека на приходе и постоянное общение с духовником, жизненный опыт и рассудительность позволяют ему установить ту меру физического воздержания, которая ему необходима. Это достаточно простой вопрос на самом деле. Иногда случается, что люди сами на себя накладывают бремена неудобоносимые (Лк. 11, 46):  из неосознанной гордыни («я герой»), из фарисейства («я самый благочестивый, не то что другие»), но в конечном итоге это приводит их к внутреннему надлому, унынию, даже к отчаянию. Во всем важно определять разумную меру, не теряя трезвости и смирения. Не позволяет здоровье поститься строго по уставу — значит, нужно усилить какую-то другую сторону поста. 

Вообще, огорчает, когда наши размышления о посте превращаются в разговоры исключительно о еде: «Батюшка, а можно ли кальмаров, а можно салата немножко поесть, если майонез не постный?».  Такое напряжение вокруг пищевой стороны поста зачастую происходит от неправильного его понимания. Многим кажется, что соблюдение поста — это вступление в некий торг с Богом: мы будем поститься, а Он за это нам что-то даст, а если нарушим, съев этот салат, то не получим ничего. На самом деле Богу от нас ничего не нужно, кроме сокрушенного, смиренного сердца, кроме любви. А пост, как мы уже сказали,— лишь средство очищения и воспитания сердца, средство борьбы с грехом.

— Но разве не круглый год нужно бороться с грехом в себе?

— Совершенно верно: кто борется с грехом круглый год, тот рад такому своевременно подоспевшему средству, как пост.

— Великий пост — это еще и особые богослужения. Но у нас и здесь возникает проблема «разумной меры». Например, долгие седмичные богослужения трудны для нас…

— Почему трудны?

— Потому что человеку трудно, невозможно находиться в состоянии сосредоточенности пять часов подряд.

— Если мы долго не виделись  с людьми, которые нам близки, дороги, и  наконец встретились с ними, мы ведь не устаем с ними общаться и не замечаем, как идет время. Если человеку трудно сосредоточиться на молитве, на словах Священного Писания, значит у него проблема с верой, а не с сосредоточением. Значит человеку не совсем понятно, что происходит в храме, зачем эта долгая служба. Значит, что-то другое стоит у этого человека на первом месте, а Бог и молитва — на втором. Великопостные богослужения, которые так отличаются от богослужений всего остального года, служат именно этому: они помогают нам сохранять первое место в душе для Бога. Они заставляют нас расти, дорастать до той духовности, когда человек уже не скажет: «Зачем мне эта служба, она слишком долгая».

— Пост не вчера придуман и даже не тысячу, скажем, лет назад: понятие и тема поста присутствуют и в Ветхом, и в Новом Завете. Как это должно быть связано с нашим прохождением поста?

— Вот как говорит об этом святитель Василий Великий: «Пост — дар древний, не ветшающий, не стареющийся, но непрестанно обновляемый и цветущий во всей красоте.  <…> Углубись в историю и ищи древность его происхождения.  <…> Он современен человечеству. Пост узаконен в раю. Такую первую заповедь принял Адам…». Как мы знаем, первые созданные Богом люди нарушили данный им пост — запрет вкушать плоды от Древа познания добра и зла,— а в них и мы все согрешили. Человек нарушил Божию заповедь, и в нем стало возможно присутствие иной, не Божией воли. Это породило страсть — страсть породила грех — грех породил смерть. И человек был изгнан из рая, потому что не мог уже в нем находиться. Потому далее святитель говорит: «Пoелику мы не постились в раю, то  изринуты из рая. Потому будем поститься, чтобы снова взойти в рай».

В чем различие между постом в Ветхом Завете и постом в Новом Завете? В цели. В Ветхом Завете цель поста — сохранение богоизбранного народа, которому Творец заповедал две главные вещи — единобожие и ожидание Мессии. Пост — ограждение этого народа от господствующих в мире  враждебных демонических сил — сил язычества; защита его от языческой заразы ради будущего воспитания Пресвятой Девы и рождения Спасителя.  То есть — сохранение семени в целостности и чистоте для его будущего произрастания.

А в Новом Завете семя уже проросло: Церковь, неплодная, нерождающая (Гал. 4, 27), стала плодоносной, она будет иметь много сынов и дочерей. Пост как часть и условие труда человека над собой в новозаветную эпоху служит великой радости: установлению личного союза человека с Богом,  приобщения  Ему, спасению для вечной и блаженной жизни с Ним.

— Для чего постился Христос сорок дней?

— Несомненно, чтобы показать пример для нас, потому что, будучи безгрешным, бесстрастным, Он не нуждался в очищении от страстей. Отец страстей, сатана, никакой власти над Ним не имел, потому что для сатаны в Нем не было почвы: ибо идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего (Ин. 14, 30). Однако Христос, воплотившись и вочеловечившись, делает всё то, что должны делать люди, не отделяя Себя от них: оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду (Мф. 3, 15). Он знает, что люди придут к Нему сначала как к Человеку, а как к Богу — потом.

Христос оставляет нам краткое, но глубокое поучение о посте: Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно (Мф. 6, 16–18). Пройдем нашу дорогу — дорогу Святой Четыредесятницы и Страстной седмицы,— помня эти слова.

Информационно-аналитический портал Саратовской митрополии «Православное Поволжье»